Правда, в конечном счете он убеждается в невозможности «построить такую башню из слоновой кости, которая была бы совершенно звуконепроницаемой», и его блуждания «между двух миров» завершаются тем, что он проникается все большей симпатией к людям, посвятившим себя борьбе против реакции во всех ее видах. Так Ланни находит путь в антифашистский лагерь. Но в большинстве случаев он ограничивается лишь финансовой поддержкой антифашистской борьбы.

Не без легкого налета добродушной иронии повествует автор о романтических взаимоотношениях обитателей виллы Бьенвеню. Читатель, однако, без труда отметит в весьма растянутых описаниях галантных похождений Ланни и его любвеобильной матушки уступку писателя всесильным в США «канонам» развлекательной литературы, оказывающим свое влияние даже на талантливых и прогрессивно настроенных американских писателей. И главный интерес повествования сосредоточивается не на личной жизни Ланни, фигуры в достаточной мере искусственной и условной, необходимой автору для того, чтобы связать воедино все нити повествования, — а на тех общественных событиях, в которых он в той или иной форме принимает участие.

Волею автора Ланни, этот отпрыск коннектикутской семьи фабрикантов оружия, поставлен в такие условия, что располагает многочисленными личными связями с «сильными мира сего», закулисными и официальными вершителями судеб Америки и европейских государств. Еще ребенком он знакомится с оружейным королем Базилем Захаровым, этим мастером интриги и провокации, ярко и выпукло обрисованным во втором томе серии. Синклер сумел показать во всей ее омерзительной наготе кровавую деятельность международной шайки торговцев оружием. В этом мире торговцев человеческой кровью сложилась своя «мораль», оправдывающая любое преступление возможностью получения крупного барыша. Даже безобидная Бьюти «всегда жаждала мира, хотя в то же время очень хотела продавать пушки»,